Игрушка

Чертова игрушка. Любимая игрушка детства. Та самая которая учит сопереживать. Учит привязанности. Тихая гавань. Уютная бухточка для нашей психики. Гарант стабильности и спокойствия. Плюшевый мишка доктор аутопсихологического тренинга. Его запах. Текстура. Он никогда не разозлит. Никогда не предаст. Не оставит тебя в одиночестве. Защитит от драконов реальности. От гнева отца и матери. Всегда там где ты его оставил. Все лежит и ждёт. Существует только для тебя. А ты растешь. Но необходимость в плюшевом мишке не отпадает. Просто трансформируется. Тебе нужен тот кто будет существовать только для тебя. Твоя игрушка. Любимая игрушка. Вот и ищешь. И не можешь найти. Страдаешь. А он ведь там. Внутри. Лежит и ждёт когда ты его вспомнишь.

What if

Сколько раз проходя мимо чужих окон я задумывался над странностью нашей жизни. Измеряемая ячейками квартир, скрытая разноцветными занавесками, театральная сцена. Что скрывает чужое окно? Драму, комедию, но чаще всего унылую бытовуху. Небольшой налет загадочной таинственности чужой жизни подогревает интерес. А что там, а как там живут люди? Вот в этой вот соте, на этой житейской сцене. Как интересно было бы прожить все эти жизни, да? Но с годами интерес остывает. И уже плевать как они там живут. И в своей жизни хватает горечи, что бы еще думать о чужих заботах и хлопотах. Устаешь от всего этого.. и вот смотришь в окна напротив, и ничего больше не чувствуешь. Только свет далеких звезд стоит перед глазами. Хорошо там, далеко в космосе, где мертвые небесные сферы плывут в безмолвии холодной бесконечности..

Space

I will die alone, experiencing unimaginable pain. And then my father will find me in a deep space and take my hand. He will protect me and teach me how to become stronger. I will gaze with my dead eyes  on the birth and death of the stars and galaxies. Eternal emptiness will live in my eyes and my heart. And i will wait for my son to join me and my father to rule the time and emptiness of space.

Океан

Безграничная гладь океана. Миллионы тонн водного массива. Поразительная мощь громадных волн. Первобытный страх перед титанической силой стихии. И все же, нет ничего красивее океана. Лишь тонкая линия горизонта рассекает на две части океан и небо. Такие похожие в своей безграничности. Жидкий изумруд, сочным аквамарином перекатывает свои гребни одна за другой в бесконечном движении. Вечное непостоянство. Шторм и буря, штиль и покой. Переменчивый и коварный. Дарующий жизнь и приносящий смерть. Непознанные глубины манят и устрашают. Тихие барашки мелких волн радуют глаз. Шум разбивающегося о берег прибоя дарует покой. Но тот же океан ревет разгневанным божеством, раздираемый вспышками молний, словно древнее существо выбрасывающее огромные свои волны в небо, пытаясь обрушить небесную твердь. Мрачный и серый зимой. Веселый и радостный летом. Несет свои воды бесконечный океан..

Сон

И снова этот сон. Каждую ночь его преследовало это видение. Длинный вытянутый в перспективе коридор. Дрожь волнами захлестывающая тело и звук собственного прерывистого дыхания. Капельки пота стекающие по лицу. Страх - животный, необузданный, сковывает конечности, затрудняя передвижение. Каждый миллиметр огромное, непреодолимое расстояние. Тикание часов то ускоряется то замедляется, но стрелки замерли на трёх часах. В глазах рябит от пота и слез. Руки не слушаются его. Ноги увязли в болоте страха. Коридор начинает вытягиваться все сильнее. Стены и потолок постепенно надвигаются на него. Проход становится все уже. Паника начинает трясти его тело. Руки пытаются остановить движение стен. Воздуха не хватает. Невозможно дышать. В глазах темнеет. В ушах стоит шершавый свист. Сердце бешенно бьется. И он просыпается...

Дело было вечером, делать было нечего..

Люди орут. Свет режет глаза.
Кто эти люди. Что за возня.
Как ты попал сюда странник
Очнись.
Где твоё сердце. Где твой покой
Когда ты найдёшь себя, себя ты открой
Рвет и ревёт далеко ураган,
Холодный свет ламп бьёт по глазам.
Хор ангелов стирает в пыль города
Кровавый прибой омывает небеса.
Лёд бесконечности, каменеют сердца
Водопад происшествий, утонули глаза
Яркое пламя сверхновой звезды.
Огонь пожирает онемевшие лица..
Череп таращит пустые глазницы
Воет от боли пустая душа
Льется с экранов густая лапша
Стой. Погоди! Взмолился солдат
Глухо пробил последний набат
Черти проклятые, демоны ада
Безумный мой смех, вот вам награда!

Мысли вслух

Грустный шарманщик перетирает в пыль человеческие судьбы из поколения в поколение. Судьба человека, смерть его. Мучения - жизнь. Страдание - безудержная радость бытия.

Разрушитель

Как там у Комстака? Воином лютым, неутомимым, гнет ветер могучие кроны. Деревья трещат и ломаются. С корнем их рвет безумный Борей. Лопается улыбка от напряжения. Натянуты нервы, словно струна. Тетивы свист бьёт по ушам. Пронзительным воплем с неба падает смерть. Взошла луна ущербная. Криком вырвалась жизнь из груди. Плоть растворилась в утренней дымке. Разлилась пустота в ненасытной утробе. Смерть улыбнулась сухими губами. Одинокий ветер вихрем прошелся по могиле моей.
Воином лютым, неумолимым гнет ветер спины покорных людей. Безразличность машины правит миром страстей. Улыбка иуды лицемерно играет лицом.

Спим

Последние капли летнего дождя лениво скатывались с крыш и затухающим перестуком падали на мокрый асфальт. Из открытого окна доносилась приятная музыка. Вплетенные в мелодию звуки фортепьяно лирическими всплесками омывали звук дождя. Тягучая волна музыки расстекалась по старому двору бархатным покрывалом грез, пробуждая волшебство в самых обыденных предметах. Ночь помогала музыке в создании этого таинственного мира чудес, изменяя очертания вещей - игрой теней и бликов искусственного освещения. Лужи оставленные дождем, силились отразить в себе все мироздание. Звезды пробивались сквозь прохудившуюся крышу облаков.  А мой маленький сыночек уснул под волшебные звуки дождя и чудесной музыки. Спи спокойно, мой добрый и ласковый медвежонок. Мой любимый сыночек..

Сказка в соавторстве с Сани

Сказка про Александра Сергоевича. Сказка эта про то, как убил вот карандаш, Лохнесское чудовище! Жило было одно большое Лохнесское чудовище. Ело оно карандаши без ластиков, но иногда поподались карандаши с ластиками. И вот однажды, один большой карандаш с ластиком остался вживых, после того, как Лохнесское чудовище пообедало карандашами, но не заметило его одного. Этого карандаша звали Боб! Боба выточили на далекой Канадской  фабрике карандашей. Бобу повезло, он спрятался в пещере. Ему удалось спастись от прожорливого чудовища. Прошли годы. Карандаш повзрослел. Научился Кунг-Фу и Карате. И решил он  отомстить Лохнесскому чудовищу. В один долгий полдень, карандаш подкрался к спящему чудовищу и нанес смертельый удар ногой по глазу ненавистного чудовища. Вскрикнуло оно от пронзительной боли и заревело на всю округу, так сильно, что задрожали верхушки деревьев и разбежались по полям все лесные звери. Ослепшее чудище, тем временем, вопя помчалось к краю пропасти и так как оно ничего не видело, то и край пропасти не заметив, сорвалось в самую глубокую бездну! С тех пор, никто не видел Лохнесское чудовище. И только иногда, пьяные рыбаки, замечали на поверхности озера, длинную шею забытого чудовища....

Светло-серые облака, словно цементный раствор, разлились плотным слоем по всему небосводу. Однако, несмотря на тягучее сопротивление серых воздушных масс, солнце прогревало воздух и дарило людям тепло весеннего дня. Рассеяный облаками солнечный свет, рисовал чудесные пейзажи невысоких гор, окаймляющих горизонт своими вершинами. Поверхность озера лишь иногда подергивалось легкой рябью от дуновения ветерка. 

Ветер

Шелестит весенний ветер в кронах деревьев, надувая мелкие паруса листьев. Словно мачты качаются высокие красивые стволы под его напором. Cкрипят снастями старые ветки. И слышен только шелест, да редкое подвывание спешащего в никуда ветра. Сочным, зеленым покрывалом  под ногами, разрослась молодая трава. Волнами накатывает запах свежих цветов, приносимый с пропитанных солнцем полей. Белые рваные облака бегут вдаль, танцуя на огромном синем полотне неба, непрестанно меняя свой облик. Полустертая тропинка тонкой полоской вьется меж деревьев, то пропадая из виду, то вновь появляясь, скрытая широкими листьями папоротника обильно растущего по ее краям. Подумать только, сколько детского смеха сохранили эти стволы отзывающиеся эхом позабытых времен. И снова перед глазами встают светлые воспоминания беззаботного детства. Можно медленным шагом пройтись по тропинке. Насладиться запахом цветущей природы. Вспомнить очарование детского мира. Безграничного и таинственного, загадочного и полного приключений. Где каждая кочка, каждый куст - это целая экосистема, волшебный мир со своими крошечными обитателями. Где каждую ветку можно наделить колдовскими чарами. И затерявшись в тайном убежище, укрытом от любопытных глаз, притвориться неведомым чудищем, или еще лучше - охотником за чудищами. Ах детство, детство. Мир безграничной фантазии. Мир чудес и открытий. Мир забытого прошлого. Лишь иногда, глядя на старые свои потрепанные игрушки, воспоминания воскрешают на самый краткий миг магию былого волшебства. И вот, на долю секунды, оживает тот забытый мир, то забытое чувство, что зовется детством..

Весна!

Наконец-то долгожданное тепло! Скоро оно превратится в пыльную, потную, вонючую жару. Так что, наслаждаемся пока есть возможность. Весна у нас краткосрочное явление. Как и все приятное в этой жизни. Эх, погода. Все просыпается: свежая зелень, молодая листва украсила ветки деревьев. Природа цветет и благоухает.. лепота..

Дождь.

Когда моросит дождь, стекая тонкими, быстрыми ручейками по вымощеной булыжниками улице и гремят нестройным перестуком капли воды по старым крышам. Сиди в тепле уютного дома. Укутайся в любимое одеяло и отдай себя течению времени. Хоть раз вспомни детство и притворись вечным. Ведь смерть так далеко. Нереальной дымкой маячит за туманным горизонтом будущего. А мы будем жить вечно и никогда не постареем.

Падение в бездну

Падение в бездну. Слишком громко и пафосно. Я бы назвал это скорее медленным сползанием в яму. Больше похожую на уютное гнездышко, но суть не меняющее своего значения. Незаметное, планомерное, обыденное и такое безболезненное. Когда осознаешь, куда тебя жизнь отодвинула с намеченного пунктиром в молодости пути. Череда неверных решений и ошибочных шагов привела тебя в такую глубокую клоаку. Это уже не край пропасти. Ужас и содрогание все это вызывает от своей незыблемости и тягучей безысходности. Чем дальше в болото ты окунаешься, тем глубже проростают в тебя корни окружающего мира. И вот настает момент, когда ты чувствуешь спиной то самое дно, и понимаешь что обрубить эти толстенные корни, уже означает верную гибель твоего существа. Настолько в тебе укоренилось вот все это, что ты когда то ненавидел и высмеивал.  Твое настоящее, заезженная пластинка, день сурка, ты уже смирился с тем что только снисходительно, с долей юмора и иронии смотришь на себя со стороны. Тихое помешательство. Живешь по инерции. Смотришь и наблюдаешь за тем, как превращаешься в то ничто, в ту серую массу, против которой бунтовал всю свою молодость. Все это усугубляется чувством полнейшего, тотального одиночества, которое приходит к тебе не в ночной тиши, а в шумном окружении близких, и не очень близких, людей. Когда ты перестаешь слышать свой внутренний голос. Когда ты уже мертв изнутри и реагируешь на внешние раздражители, словно лягушка на операционном столе, вскрытая на уроке рефлексологии. Чертова жизнь, тяжелым, пыльным чемоданом давит и не дает дышать. И кладбище становится мечтой. И отдых среди могил давно умерших людей, звучит чертовски привлекательно.